Сравнительно менее вреден третий из упомянутых факторов — многоженство.

Но и этот фактор является противообщественным и вредно влияет на рост населения. Это звучит парадоксом, так как мы знаем, что одного петуха достаточно для многих кур, и теперь еще в Германии есть забавные сумасброды, которые рекомендуют нам всеобщее многоженство, как самое лучшее средство для восстановления могущества государства; однако, человеческое общество совсем не птичий двор. Этнография учит нас, по тропической Африке и по меланезийской южной части океана, что в большинстве случаев при многоженстве бывает не больше, а меньше детей, чем при моногамии. Конечно, существуют и исключения, и я сам имел удовольствие знать пятидесятого сына прославившегося, благодаря Мольтке, курдского вождя Педерхан-бея. Но такое большое количество детей необычно при полигамии. На самом деле она приносит с собой лишь то, что как раз старые мужчины, потому что они зажиточнее и богаче молодых, могут обеспечить за собой молодых женщин, в то время как молодым остаются только более старые женщины. Да и вообще многоженство приносит многочисленные неприятности, и мне кажется не легко толковать иначе, как иронически, слова поэта, обращающегося к многоженцу: «Ты имеешь много жен и спокойствие в доме, и весело, без зависти, усердно каждая из них старается угодить тебе». Несомненно, турецкая женщина далеко не так ревнива, как наши, и вообще вследствие многосотлетнего биологического подбора не чувствует ревнивых страданий, как это бывает у большинства подбора не чувствует ревнивых страданий, как это бывает у большинства полигамических животных, у которых ревнивы только самцы. Однако, несмотря на это, я не верю в идеальное спокойствие в доме турка-многоженца. Впрочем, в настоящее время законное многобрачие у мусульман Турции встречается немногим чаще, чем у нас незаконная полигамия, и в дальнейшем полигамия, по-видимому, обречена на сильное уменьшение. Поэтому я бы ее вовсе не упоминал среди социальных факторов, влияющих на будущность Турции, если бы не имел при этом намерения вообще подчеркнуть, что моногамия соответствует идеалу здоровой политики размножения населения, и как раз при этом желательно, чтобы мужчины вступали в брак как можно раньше.

Можно думать об этих факторах, как угодно, но сущность дела остается такой же, а именно, что относительная численность мусульман по отношению к христианам постоянно настолько же уменьшается, как и их благосостояние, их влияние внутри государства и их мировое значение. Жалеть ли об этом или радостно приветствовать, это отчасти дело личных симпатий и антипатий. «Добрый христианин», который только на словах питает любовь к ближнему, может, конечно, радоваться одной только возможности полного исчезновения «нехристей», другие об этом искренно пожалеют. Сам я узнал и ценю турок (конечно, исключая при этом многих правительственных чиновников), как людей серьезных, почтенных, спокойных, благородных, умеренных, гостеприимных, охотно оказывающих благодеяния, терпимых, храбрых и честных, совершенно так же, как я в большинстве случаев не наблюдал подобных черт у громадной массы восточных христиан. Другие, конечно, думаю иначе. Они говорят, что турки отстали на тысячу лет от современной культуры, и осуждают их суеверие, их мнимый религиозный фанатизм, недостаточное школьное образование, а также, курьезным образом, их самую прекрасную и лучшую особенность, — их национальную гордость.

Но хотя можно высоко ценить личные достоинства турок, однако всегда следует прибавить, что они могут многому научиться у своих христианских соседей, которые ревностно старались усвоить все достижения западной культуры и собственными силами заботились о воспитании способных педагогов и врачей и о создании школ и больниц. В то время как турецкие власти стоят в стороне от всего этого, надменно, безучастно и недоброжелательно.

2 года назад

Добавить комментарий